Революционная природа Маугли

Александр Малюгин, «Аргументы недели», 26.12.2014.

Александр Соколовский после школы поступил в ГИТИС, где учился в мастерской Евгения Стеблова. Его первая главная роль в кино – Савва в историческом сериале «Раскол». После столь успешного дебюта актёр снялся и в других заметных проектах: «Вангелия», «Метод Лавровой-2», «Страсти по Чапаю», «Сын отца народов» и др. Наибольшую известность принесла Александру роль хоккеиста Егора Щукина в сериале «Молодёжка». С 2014 года актёр работает в Московском Губернском театре. 27 декабря в Губернском премьера – спектакль «Книга джунглей. Маугли», где Александр играет главную роль.

- Почему вы решили прийти именно в этот театр? Какая здесь атмосфера, какие отношения складываются с коллегами?

- У меня был отрицательный опыт поступления в театры, когда я заканчивал ГИТИС. Мы выпускались в 2009 году, когда в стране грянул кризис, и начинающих актёров практически никуда не брали. И такая обида у меня появилась на театр! И мне повезло, что в моей жизни появилось кино, иначе я бы ушёл из профессии. А летом 2014 года мне позвонили из Губернского театра. Наверное, только сумасшедший человек откажется от такого предложения. Потому что есть люди, за которыми хочется идти. Сергей Витальевич Безруков – именно такой человек, он просто «монстр» нашей актёрской профессии. Губернский театр ещё только формируется, он совсем юный, но при этом явно отличается по своей структуре, поведению, отношениями между людьми от многих других театров. Мне здесь безумно комфортно!



- На днях состоится премьера спектакля «Книга джунглей. Маугли», где вы играете главную роль. Чем она вам интересна, требует ли эта роль большой физической выносливости?

- Во-первых, это очень оригинальное прочтение Редьярда Киплинга. Мы, в общем, придерживались основной сюжетной линии, но сделали спектакль более правильным с точки зрения повествования и более понятным, что ли. У нас получилась, на мой взгляд, цельная история от начала и до конца, с развязкой и очень логичным финалом, с правильными ценностями.
Во-вторых, мы делаем трюковую историю, и она действительно требует большой физической выносливости, умения выполнять акробатические элементы, трюки. Всё сценическое движение ставит в спектакле профессор кафедры сценической пластики ГИТИСа Айдар Загитович Закиров. С его помощью наши бои, драки и сражения приобрели абсолютно акробатическую направленность. У нас дерётся не только Маугли, но и обезьяны, волки, тигры, пантеры. На протяжении двух часов, как в первом акте, так и во втором. При этом мы используем и канаты, и выступы, и друг друга в качестве гимнастических снарядов. В одном из трюков мы даже задействовали постановщика цирковых историй, и Маугли там выступает как профессиональный циркач.

- Александр, сериал «Раскол», где вы снимались, не прошёл незамеченным. Снимаясь в нём, как вы чувствовали себя в той драматической эпохе, в исторических интерьерах и костюмах?

- Картину снимал Николай Николаевич Досталь, один из самых авторитетных людей в нашем кинематографе. И я благодарю судьбу, что всё в моей творческой жизни началось именно с «Раскола»… Понимаете, в историческом кино сниматься гораздо проще: за тебя всегда играет обстановка, декорации, красивые костюмы, реквизит. В «Расколе» я попробовал все, что можно: скакал на лошади, сражался на саблях, стрелял из пушки и мушкета, управлял огромной ладьей. Но самым сложным было то, что диапазон моей роли - приблизительно сорок лет. Первый раз я появлялся в кадре 15-летним, а уходил практически 50-летним. И вот эти перевоплощения по возрасту для меня, 20-летнего, казались поначалу неподъёмной задачей. Но мы всё это решили - частично с помощью грима, но главное, мне очень помогал в эти моменты Николай Николаевич Досталь. Вообще я хочу пожелать всем молодым актёрам успеть поработать с режиссёрами старой советской школы: они учат совершенно по-другому существовать в кадре, совсем по-другому играть свою роль.



- Если абстрагироваться от сериала, на чьей вы стороне – старообрядцев или сторонников Никона?

- В реальной жизни я всегда принимаю сторону жертвы. Потому как нет сильнее людей, которые за идею, веру, за свои принципы и убеждения готовы отдать жизнь. Таких людей стоит уважать в принципе. И если в мою жизнь ворвутся люди, которые будут пытаться её полностью и категорически поменять, я буду так же бунтовать. У меня природа такая, революционная.

- В картине «Страсти по Чапаю» вы сыграли роль Петьки. В работе над ролью вы старались максимально отойти от образа чапаевского ординарца в картине братьев Васильевых?

- Прежде чем приехать на пробы, я раз двадцать смотрел васильевскую картину, чтобы понять, как работал Леонид Александрович Кмит в роли Петьки. И, безусловно, герой легендарного фильма был для меня некой отправной точкой. Но мы снимали более подробную историю, и я делал, конечно, другого персонажа – такого «сына полка». Кстати, режиссёр запретил нам называть друг друга настоящими именами, и мы обращались друг к другу не иначе как Василий Иванович и Петька, Петруха. Задача была не повторить, а создать абсолютно других героев, которые будут понятны молодому поколению. Конечно, люди, воспитанные на старом фильме, нового «Чапаева» восприняли сложно. В нашей стране менталитет такой – не особо приемлющий что-то извне. Например, я знаю, что никто из старшего поколения не воспринял раскрашенный фильм «Семнадцать мгновений весны». А у меня так получилось, что я впервые увидел легендарный сериал только тогда, когда его раскрасили. И я его просто на одном дыхании посмотрел!



Материал на сайте издания