«Вишневый сад» несбывшейся любви

Многие привыкли скептически относиться к режиссерским амбициям известных актеров: так ли талантлив человек во всем? В данном случае спектакль Безрукова оказался крепко сделанной работой, в которой прослеживается и новизна, и глубокая авторская рефлексия.

Главным героем «Вишневого сада» в версии Губернского театра предстает вовсе не привычная прима Раневская, а делец Лопахин, обернувшийся поистине поэтической натурой. Актер Антон Хабаров играет страдающего, возвышенного юношу, вышедшего из «рабов» и своим трудом выбившегося в люди, заработавшего состояние. Его образ в постановке центральный, вокруг него как бы развивается действие, хотя сам он, чаще всего, оказывается на периферии «светского» общества. Так, например, упрямо не замечает его Раневская и вся ее семья: безразличием они обозначают его место – место человека не их круга, сквозь которого смотрят и со словами которого не считаются.

Режиссерской находкой стали два характера – Раневской и Трофимова, людей порочных, с гнильцой. Вечный студент Петя (Сергей Куницкий) является воплощением всего жалкого, беспринципного – мелкий бес, выскочивший из-за угла и соблазнивший Аню. А Карина Андоленко играет Раневскую заносчивой стервозной дамой, эгоцентристкой и истеричкой, травмированной жизнью: неудачной женитьбой, гибелью сына, отъездом из России, странной связью в Париже. Актриса ловко перебирает состояния, свободно перетекая из одного в другое – от рассудочного поведения до истерического крика. Глядя на нее, понимаешь, что подразумевает ее брат Гаев (Александр Тютин), говоря, что порочность сквозит в каждом ее движении. Будучи натурой страстной, она не задумываясь сорит деньгами, имением, жизнью. Есть в ней что-то и «из простых» – такую спокойно может целовать и лакей (Данил Иванов). Кажется, будто режиссер специально вводит эту линию, в очередной раз подтверждая чеховские намеки, двойственность образа Раневской – ведь пятый этаж, где она жила в Париже, в те времена занимала либо творческая интеллигенция (такие как Бальмонт, Бенуа и Волошин), либо прислуга.

По воспоминаниям, Чехов говорил, что «Вишневый сад» – пьеса для тех, кто в своей жизни что-то потерял. Жанрово – комедия, да со слезами на глазах. Так и в спектакле Безрукова – она становится драмой, историей о призрачной любви мальчика, боготворившего собственную мечту.

Эмоционально сильным моментом является финальная сцена расправы над садом – режиссерским решением Лопахин приговаривает сад (и свою любовь) к смертной казни, выкорчевывая из себя безнадежные сантименты. Наверное, можно упрекнуть Безрукова в прямолинейности, когда актеры, выходящие на поклоны, сажают в землю, на место бывшего вишневого сада, маленькие ростки – нового мира. Но пока они взойдут, что станет с сегодняшними героями? И не является ли сама жизнь прямолинейнее искусства?