Игра в двух раундах

Татьяна Филиппова, Театральная Афиша, № 1, январь 2017

Яркие характеры, стремительное действие и неожиданный финал – все это есть в хите Сухово-­Кобылина, писателя, которого современная публика не очень хорошо знает, а ведь когда­то «Свадьба Кречинского» гремела так же, как «Ревизор» и «Горе от ума». Публика аплодировала и хохотала, а сам автор недоумевал, как ему удалось написать комедию, сидя в тюрьме.

Пьеса о смелом плуте, задумавшем великолепный блеф, действительно родилась на гауптвахте, где автор провел полгода, будучи арестованным по обвинению в убийстве. Судебное дело Сухово­-Кобылина оказалось одним из самых громких дел второй половины XIX века. Писателя признали невиновным только через семь лет, но оправдательный документ так и не выдали: он был потерян пьяным писцом.

В Губернском театре пошли на смелый эксперимент – в одном спектакле объединили «Свадьбу Кречинского» и «Дело», пьесу, в которой Сухово-­Кобылин рассказывает о том, как чувствует себя человек, попавший в судебную мясорубку. Действие перенесено в наши дни: в первой части спектакля это яркий, немного безумный мир игрока – тут тебе и ария из «Фауста», которую исполняет приживал Кречинского, шулер Расплюев (Олег Курлов), и выход на сцену целого оркестра, и мечты о Лас-­Вегасе, где Кречинский собирается развернуться как следует. Антон Хабаров в роли Кречинского азартен, энергичен и нахален и при этом чертовски обаятелен. Когда юная Муромская и ее тетя начинают закатывать глаза, стоит ему подлететь поближе, им веришь: перед таким напором трудно устоять.
После антракта события продолжают стремительно развиваться: зритель попадает в сердцевину судебной машины, которая перемалывает несчастного помещика Муромского (Григорий Фирсов играет своего героя в традициях старой психологической школы). И хотя жизнь людей за последние 150 лет разительно изменилась, судебная машина, по версии театра, работает неутомимо, безжалостно и так же несправедливо, как во времена Сухово-Кобылина.